«Ребёнок по расчету» 2025

Анна заключила договор о суррогатном материнстве, который включал в себя строгие медицинские протоколы, юридические обязательства и финансовые гарантии. Донор биологического материала оставался анонимным — это было ее непременным требованием, которое она настояла внести в контракт. Представительница агентства, элегантная женщина в строгом деловом костюме, уже убрала свой электронный планшет в кожаную папку. «Первая часть вашего гонорара поступит на счет в течение трех рабочих дней. Эти средства покроют расходы на предоперационное обследование и лечение вашей дочери Маши». Упоминание имени ребенка в такой холодной, деловой обстановке больно отозвалось внутри. Анна молча кивнула, не в силах произнести ни звука. На первом ультразвуковом исследовании выяснилось, что прикрепился только один эмбрион. «Динамика отличная, сердцебиение хорошо прослушивается», — сообщил врач, водя датчиком по ее животу, покрытому прохладным гелем. Анна смотрела на крошечную пульсирующую точку на экране, но внутри нее не было ничего, кроме пустоты. Она педантично следовала всем рекомендациям: принимала гормональные препараты по расписанию, соблюдала режим дня и еженедельно приходила на осмотры. Ее организм функционировал как безупречный, лишенный эмоций механизм. Ее пятилетняя глухая дочь Маша стала тише, словно ощущая эмоциональную отстраненность матери. Девочка прижималась к Анне, кладя ладошку на ее слегка округлившийся живот, и смотрела на нее большими, полными вопросов глазами. Анна обнимала ее, проглатывая комок отчаяния, и шептала: «Скоро, зайка. Скоро все будет хорошо». Она не была уверена, слышит ли ее дочь.