«Бомбила» 2011

Следственный изолятор №5, формально являясь местом временного заключения, на деле воплощал всю безысходность вынесенного приговора. Стены, выкрашенные в унылый серый цвет и насквозь пропитанные запахами хлорки, безысходности и немытых тел, угнетали даже самых закаленных арестантов. Но в камере номер 307 царила совершенно иная атмосфера, которую майор Крутов из отдела специальных расследований, заглянув в дверной глазок, с неприязнью назвал «подозрительным оживлением». Артём Горохов, бывший боец спецназа, а теперь обвиняемый в тяжком преступлении, сидел на краю койки и с абсолютно спокойным лицом растолковывал двум своим соседям, сидящим за мелкие аферы, все нюансы диагностики неисправностей карбюратора автомобиля ГАЗ-24 «Волга» на слух, по звуку мотора. Предъявленное обвинение было сформулировано предельно ясно и не допускало двояких толкований: преднамеренное убийство крупного предпринимателя Геннадия Строганова, совершенное с целью завладения его состоянием. Следствие располагало и мотивом — якобы существовавшим крупным денежным долгом, и неопровержимыми уликами: баллистическая экспертиза однозначно установила, что пуля, извлеченная из тела убитого, была выпущена из пистолета Макарова, зарегистрированного на Горохова. Показания двух свидетелей, утверждавших, что видели на месте преступления человека, внешне похожего на Артема, завершали эту мрачную картину. Прокуратура настаивала на квалификации по части 2 статьи 105, пункту «з» — убийство из корыстных побуждений. Следователи считали, что дело практически готово для передачи в судебную инстанцию. Однако ни один из оперативников не мог внятно объяснить простой, но мучительный вопрос: как могло случиться, что бывший военнослужащий элитного подразделения, чей психологический профиль говорил о железной дисциплине и строгом внутреннем кодексе чести, опустился до работы водителем такси, а затем и до банального заказного убийства? Версия о том, что Горохов на самом деле был «законсервированным» агентом или киллером-профессионалом, который лишь искусно притворялся обычным «бомбилой», переходила из уст в уста по служебным кабинетам. Главным приверженцем этой теории выступал подполковник Филимонов, курировавший оперативную разработку Горохова со стороны управления по борьбе с наркотиками. Его интерес был далеко не случаен: по данным негласного расследования, Строганов являлся ключевым легальным звеном в финансовых потоках международного наркокартеля «Облако».