«Мёртвое сердце» 2014

Фёдор Пашнин, находившийся под воздействием мощных обезболивающих препаратов и в состоянии глубокого физического истощения, изначально не мог давать связных показаний. Однако после непрерывного медицинского наблюдения и стабилизации его состояния он дал согласие на допрос в присутствии следователя. Артём Васильев, который к тому моменту также был официально задержан, ожидал в соседнем помещении. В ходе допроса Пашнин заявил, что ликвидация лаборатории была спланирована группой, аффилированной с международным фармацевтическим концерном «ГлобалФарма». Основной задачей было не только заблокировать регистрацию российского препарата, способного кардинально изменить рынок средств против рака, но и заполучить данные о промежуточных химических формулах синтеза. Архивы Васильева не были полностью уничтожены — их изъяли. Его девятилетний сын Максим изначально рассматривался как рычаг давления на учёного, однако в суматохе, возникшей при поджоге, мальчика вывезла отдельная группа, чтобы сохранить контроль над ситуацией. Следователь Андрей Колесников, ведущий это дело, извлёк из показаний ключевые сведения. Упоминание концерна «ГлобалФарма», города Лабинска как вероятного места удержания ребёнка, а также термин «архивы «Вектора»» требовали немедленной проверки. Колесников распорядился начать официальные поиски Максима Васильева в Лабинске и запросить данные о любых возможных связях между «ГлобалФарма» и российскими научными институтами. Для Артёма Васильева эти слова стали единственным проблеском надежды в полной темноте. Его статус подозреваемого не был пересмотрен, однако в деле появилась новая, официально зафиксированная версия событий, требующая всестороннего расследования.